hurtmann (hurtmann) wrote,
hurtmann
hurtmann

Category:

Как кормящиеся с немецких грантов отрабатывают подачку отменой понятия "Русский север".

Очередные внутренние украинцы сочиняют новые идентичности, как обычно путем сознательного мошенничества, некомпетентности и подлогов.

https://eadaily.com/ru/news/2017/12/26/dmitriy-semushin-zashchitim-russkiy-sever-ot-izmyshleniy-grantoedov

В Архангельске продолжается скандальная эпопея с подготовкой школьного учебного пособия по региональной истории некомпетентными в теме и ориентированными на зарубежье грантовыми историками из САФУ. Все началось 29 сентября 2017 года принятием в региональном Министерстве образования и науки абсолютно халтурного «Регионального историко-культурного стандарта Архангельской области». На прошлой неделе ключевой разработчик концепции учебника и редактор этого с сотней ошибок методического материала доцент САФУ Роман Болдырев (историк-германист по специализации) сделал «ценные» признания относительно принятой концепции учебника в интервью местному изданию «Двина». Болдырев сообщил, что в подготавливаемом учебном пособии он сознательно отказался использовать понятие «Русский Север» применительно к истории Архангельской области. Интервью с Болдыревым так и озаглавлено «От понятия „Русский Север“ отказались».

Таким образом, самый продвинутый в Германию историк Архангельской области, с завидным постоянством бегающий в германское консульство в Санкт-Петербурге, полагает, что Архангельская область не относится и никогда не относилась к Русскому Северу, а само это понятие сомнительно. Именно для этого «Русский Север» Болдырев стал подменять никогда не существовавшим регионом-фикцией «Архангельский Север».

Однако доводы Болдырева в пользу подобного кардинального во всех планах идеологического поворота достаточно смехотворны: во-первых, указывает он, термин «Русский Север» активно использует соседняя Вологодская область для «собственного позиционирования», во-вторых, прилагательное «русский» «отсекает другие народы Севера — к примеру, ненцев». Болдырев понимает дело так, что если Север в Архангельской области назовут «русским», то соседняя самоядь еще раз Пустозерск сожжет...


Что касается ненцев, то здесь у Болдырева слишком явно работает европейская ценностная логика толерантности по отношению к меньшинствам. И чем меньше меньшинство, тем больше к нему будет предъявлено толерантности. По переписи 2010 года ненцы в населении Архангельской области, включая Ненецкий автономный округ, составляют 0,65% (8020 человек). А без НАО эта величина вообще стремится в никуда: численность ненцев в населении Архангельской области — 1,227 млн всего 516 человек — это 0,041% населения области. Получается, что вот из-за этих самых пяти сотен ненцев в составе более, чем миллионного населения области и грантовые историки САФУ стесняются причислить Архангельскую область к Русскому Северу и готовы отбросить могучую научную традицию.

Между тем, «Русский Север» не является географическим или административным понятием. Это чисто историко-культурное понятие. Оно введено в концептуальный оборот достаточно поздно — в начале ХХ века, как результат развития в России прикладных гуманитарных наук в предшествующий период — во второй половине ХIХ века. Собственно, само понятие «Русский Север» без всякого дальнего расчета придумал губернатор Архангельской губернии Александр Платонович Энгельгардт (1845—1903). ..

Деятельность «Архангельского общества изучения Русского Севера» шла в рамках общего экономического и культурного подъема России в конце ХIХ — начале ХХ века. Аналогичные общества действовали и в других губерниях Российской Империи. Это была форма гражданской общественной активности. Из содержания публикаций «Архангельского общества изучения Русского Севера» не трудно определить, что используемые им титульные понятия «Русский Север» и «Северный Край» были тождественны территории Архангельской губернии. Т. е. в самом узком пространственном значении Архангельская губерния — это и есть «Русский Север». Возникает закономерный вопрос: а что такое случилось в Архангельске, что по прошествии века от понятия «Русский Север» открещиваются Болдырев и компания?

Вместе с узким значением — Архангельская губерния это Русский Север, тогда же получило распространение и более расширительное толкование пространства культурного региона «Русский Север». К его территории стали относить не только Архангельскую губернию, но еще и Вологодскую и Олонецкую губернии. Тройка этих губерний и составила пространство «Русского Севера», с которым связывали свои исследования множество российских ученых-гуманитариев. Поэтому в более узком современном пространственном понимании пространство условного культурного региона «Русский Север» совпадает с территорией Архангельской и Вологодской областей, севера Кировской и северо-востока Ленинградской области, восточной части Карелии и юга Мурманской области. Но еще в более широком понимании «Русский Север» — это весь Север европейской части России, долгое время сохранявший собственные внутренние связи и имевший отличительные черты в развитии социально-исторических процессов и общей традиционной культуры. Поэтому в самом расширительном понимании «Русский Север» — это пространство Архангельской, Вологодской, Кировской, Костромской, Ленинградской, Мурманской, Новгородской, Псковской, Пермской областей, в республиках Карелия и Коми, а также в Ненецком автономном округе.

Таким образом, главное, что надо себе уяснить: в современном понимании «Русский Север» — это культурный регион вне рамок какого-либо административного деления, тем более современного. «Русский Север» — это культурная общность. Это регион с единой традиционной культурой, этнически маркированной как «русская». Современным критикам этнического подхода — проф. Шабаеву из Сыктывкара, например, нам следует указать на то обстоятельство, что до ХХ века культурная общность в большей степени определялась не этничностью, а конфессиональной принадлежностью. В нашем случае — это православие и весьма распространенное на Русском Севере старообрядчество. Можно представить, что будущим археологам, работай они через несколько тысяч лет, культура, определяемая нами сейчас как «Русский Север», будет восприниматься единой археологической культурой с незначительными нюансами в пространстве и с неразличимыми множественными этническими составляющими.

Одновременно «Русский Север» — это культурно-исторический регион, имеющий протяженность во времени и событиях. Вот как определил содержание и значение Русского Севера для России известный академик Дмитрий Сергеевич Лихачев (1906—1999): «Но самое главное, чем Север не может не тронуть сердце каждого русского человека, — это тем, что он самый русский. Он не только душевно русский, — он русский тем, что сыграл выдающуюся роль в русской культуре. Он спас нам от забвения русские былины, русские старинные обычаи, русскую деревянную архитектуру, русскую музыкальную культуру, русскую великую лирическую стихию — песенную, словесную, русские трудовые традиции — крестьянские, ремесленные, мореходные, рыболовецкие. Отсюда вышли замечательные русские землепроходцы и путешественники, полярники и беспримерные по стойкости воины».(2)

В современной российской гуманитарной науке, имеющей в отношение описываемого концепта могучую традицию в разных отраслях гуманитарного знания, Русский Север рассматривается как особая территория наследия, как целостное явление культуры и уникальный памятник мировой культуры. На Русском Севере сконцентрированы выдающиеся архитектурные памятники — замечательные образцы деревянного зодчества, десятки монастырских ансамблей, до сотни исторических русских городов. Русский Север во многом сохранил уникальность и самобытность истории и культуры русского народа. С середины ХIХ века он стал кладовой для различных отраслей становящейся на ноги российской гуманитарной науки. В рамках народной культуры на Русском Севере сохранилось в чистоте русское народное творчество. Это территория бытования традиционных ремесел. Здесь присутствуют во множестве памятники монастырской культуры. Особая концентрация русских монастырей, отмеченная несколькими их десятками в ограниченном пространстве в районе Вологды и Белоозера, получила даже образное название — «Русская Фиваиада» — автор идеи Андрей Николаевич Муравьев (1806—1874).(3)

Кроме того, на Русском Севере культурный ландшафт гармонично вписан в местную северную природу.

Русский Север сохранил в естественной чистоте и яркости русский язык с его богатейшим словарным запасом. На Русском Севере в 1860-х годах русские исследователи открыли фольклорные пласты, восходящие к эпохе Киевской Руси — былины.

И вот это все — особо подчеркнем мы — авторы готовящегося учебника истории Архангельской области собираются отменить в отношении своего региона. В школах Архангельской области в рамках преподавания региональной истории будут учить, что область не относится к региону Русского Севера. Концептуально культурный регион «Русский Север» вычеркивается через подмену его на никогда не существовавший регион-фикцию «Архангельский Север» — придумку одного профессора местного пединститута, призванную противостоять поморской концепции другого профессора этого же пединститута.

Можно задаться вопросом: подобный трюк — это глупость или сознательное вредительство? В случае с доцентом Болдыревым и профессором Репневским, полагаем мы, и то, и другое. Вредительство через фатальную некомпетентность. Сейчас главным редактором готовящегося учебника истории Архангельской области выступает историк-скандинавист Репневский — главный в Архангельске за последние десять лет проводник баренц-сотрудничества с Норвегией в области истории и культурологии. Здесь мы можем спросить: Архангельская область, по заявлению своих грантоедов, перестав быть частью «Русского Севера», уже стала частью Скандинавии посредством Баренцева региона, если концепции ее истории определяет скандинавист Репневский на пару с германистом Болдыревым, а область отечественной региональной истории постоянно представляет их кафедра в САФУ?

Между тем, в 2004 году в России была запущена федеральная целевая программа «Культура Русского Севера». Ее концептуальные положения были подготовлены специальной рабочей группой Министерства культуры Российской Федерации. Общей целью федеральной программы стало сохранение историко-культурного наследия Русского Севера как уникального феномена российского и общемирового культурного наследия. Культурное наследие Русского Севера рассматривается в программе как фундаментальная категория, как основа социально-экономического развития региона, развития личности и формирования новых поколений, а также как источник духовного развития и знаний о русской культуре не только для будущих поколений россиян, но и для всего мирового сообщества. Действие этой целевой программы по сохранению историко-культурного наследия Русского Севера, среди прочих 12 северных российских регионов, распространялось и на Архангельскую область. Отменяющий в Архангельске «Русский Север» доцент САФУ Болдырев делает вид, что он не знает факта наличия подобного рода программы. Кстати, одним из пунктов программы «Культура Русского Севера» предусматривается подготовка программ школьных уроков, учитывающих особенности народной культуры Русского Севера и обеспечение преемственности традиций, а также разработка в рамках концепции «Русский Север» системы краеведческих занятий и краеведческих экспедиций школьников. Получается, что сейчас в Архангельске местные сафушные грантоеды — скандинавист и германист — планируют направлять краеведческое школьное образование в рамках иной концепции и в пику федеральной программе.

Более того, в рамках означенной федеральной программы в регионах, на которые она распространялась, начали на ее основе разрабатывать собственные региональные программы с предложениями от регионов, регулярно подаваемых в Министерство культуры Российской Федерации. В настоящее время действует постановление правительства Архангельской области от 12 октября 2012 года № 461-пп «Об утверждении государственной программы Архангельской области «Культура Русского Севера (2013—2020 годы)». Эту региональную программу сопровождает целый сонм других принятых документов. 13 октября 2017 года это постановление получило новую редакцию.

В результате получается феерическая вещь. 13 октября в министерстве культуры Архангельской области (министр Вероника Яничек) уточнили планирование по выполнению региональной программы «Культура Русского Севера». А за две недели до этого в министерстве образования и науки Архангельской области (министр Сергей Котлов), не читая приняли методическое руководство для преподавания в школах области региональной истории, редактор которого — Роман Болдырев сознательно, как он заметил, устранил понятие «Русский Север» из концепции региональной истории!

В итоге аферы с региональным стандартом Болдырева мы имеем бюрократический конфликт интересов ведомств, работающих под одной крышей, глупость и административное разгильядйство. И все это в результате деятельности начальника отдела науки и высшей школы Павла Журавлева, доверившего важное дело подготовки «Регионального историко-культурного стандарта Архангельской области» сорокалетнему мальчику в желтых ботинках, склонному к озорству на ниве отечественной истории и раздающему безответственные и глупые заявления в региональных СМИ насчет «Русского Севера». Впрочем, заметим мы, и сам Журавлев отметился лично в одной публикации 2012 году атакой на концепцию «Русский Север».(4)

...

Концептуальное решение Болдырева отказаться от использования понятия «Русский Север» применительно к истории Архангельской области, на самом деле, имеет свою внутреннюю логику. Вспомним, что «Русский Север» — это этнически маркированный культурный регион с относительной общностью своей культуры. Концепция Болдырева вычленяет Архангельскую область из этого единства. Если Архангельская область, как утверждает Болдырев, не принадлежала и больше не принадлежит к Русскому Северу, то возникает законный вопрос: каково определение традиционной культуры Архангельской области и какой этнический маркер она на себе несет. До последнего времени в Архангельске это решение предлагалось в рамках так называемой поморской концепции. Вот ее логика в общих чертах. Архангельская область — это Поморье. Т. е. «Поморье» — это административный регион с территорией, которая пространственно больше (это надо себе вообразить), чем территория Архангельской области. Поэтому в ход идет следующий тезис: Архангельск — это центр «исторического Поморья». Архангельская область населена поморами, этническая идентичность которых «возрождается». Поморы — это этнос (вариант — субэтнос). Соответственно, Поморье имеет свою традиционную поморскую культуру, которая имеет собственный этнический маркер — поморы. В подобной концепции поморская культура — это не культура прибрежных промысловиков и морских рыбаков, а шире — всего населения Архангельской области. Поморская культура самодостаточна и отделена от культуры Русского Севера пространством и этническим маркером. Вот как сформулировала совсем недавно определение поморской культуры профессор САФУ Татьяна Буторина — впору за голову хвататься от подобного (!): «В процессе освоения обширных регионов Севера пришлым русским населением сложилась новая симбиотическая поморская культура на основе взаимодействия разных культурных компонентов, сложившихся и пришедших в разное время на осваиваемую территорию: лопарской (саамской) — не позже эпохи бронзы, финской (на рубеже новой эры), карельской (на рубеже I и II тысячелетий н.э.), русской — новгородской и ростово-суздальской (XIV — XVI вв.), русского населения других районов России (вплоть до XVIII века). Поморская культура, маргинальная относительно русской культуры центральных областей России, боролась за сохранение своей этнокультурной самоидентификации — сохранение базовых духовных ценностей. Это и явилось одной из причин архаизации поморской культуры. «.

Итак, по Буториной, пусть нас не смущает через слово упоминание в ее тексте «Русского Севера»:

1. Определяющим для формирования традиционной культуры Архангельской области — Поморья сыграл финно-угорский субстрат. Он первичен.

2. Массив традиционной культуры АО — маргинален (!) по отношению к русской культуре центральных регионов России. О соотношении культуры Русского Севера и поморской культуры Буторина умалчивает, хотя очевидно, что одно подменяет другое, но при этом весь размах и культурное богатство списывается на счет маргинальности;

3. Поморская культура этнична, но ее этничность не тождественна этничности Русского Севера;

4. Поморская культура боролась (с кем? с Москвой?) за сохранение своей идентичности и базовых духовных ценностей (!).

После подобного рода поморской концепции региональной культуры, а теперь после очередного упразднения в Архангельске концепта «Русского Севера» нам только остается дожидаться нового изобретения — «архангельско-северской» концепции культуры Архангельской области. Прелесть заштатного провинциализма в подобного рода умствованиях очевидна для нас. Но если концепция «архангельско-северской культуры» не состоится, то тогда зачем в Архангельске Болдыреву потребовалось выбрасывать в мусорную корзину культурный регион «Русский Север»?

Как бы там ни было, но для нас очевидно, что исправленный от нынешнего вредительства и невежества Болдырева «Региональный историко-культурный стандарт Архангельской области» должен содержать отдельный раздел «Культура» в срезе истории. В этом разделе и следует сформулировать на основании содержания федеральной целевой программы «Культура Русского Севера» определение культурного региона «Русский Север» и особо подчеркнуть, что по своей культуре Архангельская область, а раньше, Северный край, Архангельская губерния является и являлись неотъемлемой частью Русского Севера. Аналогичным образом эту идею нужно будет специально утвердить в будущем школьном учебном пособии по истории Архангельской области в отдельном разделе, посвященному культуре. Что касается автора идеи, что Архангельская область не относится к Русскому Северу — доцента Болдырева, то его следует за непрофессионализм, некомпетентность и вредительство гнать из проекта по подготовке учебного пособия. Кто-то же должен нести ответственность за творящееся безобразие.

Дмитрий Семушин, специально для EADaily из Архангельска.


...

Сейчас в 2017 году на 80-летие Архангельской области областная администрация на своем официальном ресурсе повесила краткий в страничку очерк истории области. В нем, в частности, утверждается, что процитированный выше текст академика Лихачева относился к Поморью. «Прежде всего, Поморье — это, по словам известного академика Дмитрия Лихачева, оплот, кладезь русскости и т. д.» [https://dvinaland.ru/-4w9b67jw] И подобного рода фальсификат без всякого стыда вывешивают на всеобщее обозрение. В оригинальном тексте академик Лихачев говорил о Русском Севере. А эти в областной администрации Архангельска подменяют и утверждают, что Лихачев писал о Поморье. Автором означенной фальсификации в отношение текста академика Лихачева о Русском Севере является сафушный околонаучный мошенник проф. Сергей Иванович Шубин (САФУ). Фальсификация региональной истории и культуры в гуманитарном научном сообществе Архангельска фактически стала нормой, к тому же еще и поощряемой администрацией области.

(3) Вот еще один недавний пример подрыва концепта «Русский Север» в САФУ. 8 декабря 2017 года в Архангельске рамках Пятых Рождественских чтений, организованных Министерством образования и науки АО и местной епархией, прошла секция «Поморская Фиваида: история, память, долг». Профессор кафедры культурологии и религиоведения САФУ Василий Матонин представил на ней свой доклад «Поморская Фиваида: пространство и смыслы». Матонин объявил: «Мы будем говорить о Поморской Фиваиде, потому что Поморье в середине XVI века, как писал Татищев, — это земли, простершиеся от Вологды к Северному ледовитому океану, доходящие до Уральских гор. Поморье — инобытийная территория, связанная с образом смерти». Организаторы конференции «стибрили» у Муравьева концепцию «Русской Фиваиды», переименовали «русскую» в «поморскую» и вместо ограниченного пространства Белоозера и Вологды стали толковать расширительно, хотя понятие «Фиваида» предполагает высокую количественную концентрацию монастырей на ограниченном пространстве, а никак от Вологды до Урала.

Заодно отметим также анекдотичность этимологии Матонина связи «Поморья» не с «морем», а с «мором», т. е. эпидемией. Что касается обращения к оригинальном тексту историка В.Н. Татищева (1684—1750), то выясняется, что первый русской историк ничего не писал о середине ХVI века. Проф. Матонин это выдумал и приписал Татищеву для продвижения своего бредового концепта. Это классический пример фальсификации исходного исторического материала.
Tags: 5 колонна, Русский север
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments